Что-то совсем разленилась ваша покорная, дня два не могла этот текст вычитать. Вот сейчас исправляюсь, потягиваюсь, подтягиваюсь и пишу на Апокриф-фест.
Текст по глюку, предупреждаю сразу. И не по Средиземью, свой мир. Глючился довольно давно, приглючился под Князя Чиппелина Вени Д`ркина (лично мне создавало и создаёт нужное настроение).
Алсо, охранная грамота и правда существует. И лежит сейчас в шкатулке.
Встреча. (На нормальное название опять фантазии не хватило. >_< )
Лес... Многажды я успела благословить и проклясть то место, по которому вынуждена блуждать. Порой смертельное сплетение чёрных ветвей, погружённое в зимний сон навеки со столь же вечной ночью вокруг, и лишь звёзды освещают его. Никогда не знаешь, сможешь ли на этот раз выйти к избушке Короля-лесничего и не окажутся ли заветные огоньки окон глазами Тварей. Бр-р... Нельзя вспомнить о них, не потрогав висящую на шее охранную грамотку: странное незавершённое кольцо, четыре маленьких зубца по краям разрыва его будто тянутся друг к другу, и с другой стороны из него выходит недлинная палочка.
Твари - это сгустки Тьмы, неумело пытающиеся принять форму животных и имеющие дикие жёлтые огоньки на месте глаз. Они разрывают недостаточно крепких сердцем Заблудших. Заблудшие - это такие же, как я: очнувшиеся в Лесу без имени и без памяти. Впрочем, имя у меня есть: бесконечно похожее и бесконечно далёкое от моего прежнего, случайно оброненное Королём-лесником: Хай'энн. Порой во сне мне приходят обрывки прошлого, я пытаюсь их поймать и вспомнить утром, но это не легче, чем поймать, разгладить и прочитать обрывки горящей бумаги, ставшей пока ещё сохраняющим форму пеплом, поднимающимся над костром. Других Заблудших я пока не видела.
(Как и положено, первые несколько строк снаружи, остальное - под кат.)
Вот так и хожу я по Лесу в тонком странничьем серо-зелёном плаще поверх другой одежды и с фонарём в руках. Один Творец знает, как я за него Королю-лесничему благодарна. Но вдруг - крик. Не крик возвращающейся в Пустоту Твари, отчаявшейся утолить чем-то свой вечный голод, к которому я уже привыкла, не крик одинокой птицы, но крик страха, страха живого человека, отчаявшегося спастись и крик последней надежды на то, что кто-то ему поможет.
А теперь бежать: быстрей, быстрей, иначе можно не успеть! И блуждать в пустоте леса в одиночку до конца своих дней...
Поляна: на снегу съёжившийся и жалкий чёрный комочек, с виду очень маленький по сравнению со склонившейся над ним Тварью, принявшей облик косо слепленного чёрного одноглазого медведя. Рёв ярости при виде фонаря: уйди, а то разорву! Беги сейчас же, беги немедленно, иначе и не посмотрю на охранную грамотку: это моя добыча!
Но нет, я не убегаю. Слишком долго была в одиночестве, чтобы испугаться и не спасти то единственное живое существо, что могла бы.
- Уйди. Он не твой. - спокойным и властным тоном, который ума не приложу откуда взялся.
- "Он мой. Уходи, пока и тебя не растерзала, девчонка!" - вдобавок к ментальному сообщению она рычит на меня.
- Он не твой. - медленно, уверенно, чеканя каждое слово. - Он не твой, уйди сама, или я сожгу тебя вот этим фонарём! - к чёрту всё, я уже устала бояться и смеюсь прямо в лицо неминуемой смерти. Или... Не такой уж неминуемой?
- "Что ж..." - так характерно, почти человечески ощерилась она на меня, отступая. - "Сейчас я уйду, девчонка, но не думай, что так будет всегда."
Я подошла к несостоявшейся жертве Твари. Она оказалась весьма симпатичным черноглазым и черноволосым, уверенно смотрящим на меня молодым человеком, старающимся ни взглядом, ни жестом не выражать пережитый страх.
- Как тебя зовут хоть, чудо? - речь - облачками пара.
- Нет, чудо здесь - это ты. - улыбается он. - Спасшая меня из недр этого страшного вертепа остроухая кудесница. Как меня зовут, я не помню, но быть может, помнишь ты?
Что за глупый вопрос первому встреченному Заблудшему - "как тебя зовут". Он же ничего не помнит, как и я... Я поморщилась от сознания этого.
- Тебе что-то не нравится? Только не уходи. Пожалуйста. - подумав, добавил он.
- Да нет, ничего, дура тут скорее я. - улыбнулась я ему в ответ. - А звать меня можно Хай'энн. Настоящего своего имени и прошлого, я, как и ты, не помню, мы ведь оба - Заблудшие. А это - Лес.
Как же тогда было хорошо: можно было просто счастливо смотреть друг другу в глаза и ни о чём не думать.
Ни разу ещё не было, чтобы Тварь не разорвала нагнанную ей добычу без охранной грамоты, не успевшую добраться до избушки Короля-лесничего. Так было всегда: но сегодня Тьма отступила.
А Король-лесник улыбался, глядя в шар на этих двоих. Неужели наконец найдётся что-то, что в силах рассеять Вечную Ночь и Пустоту Леса?